Этот профессиональный народный шпион, вышколенный в недрах «Интеллидженс сервис» (так именовалась в Англии разведка), успел за годы своей подлой работы пройти немалый путь. По заданию своих лондонских и других хозяев он исколесил чуть ли не всю Европу. Он побывал в Германии, Чехо-Словакии, Литве, Латвии, Финляндии, Швеции, Эстонии.
Советская граница для него оказалась первым непреодолимом препятствием. И вот сейчас шпион стоит перед судом Военного трибунала.
Опытный пройдоха, он отлично отдаёт себе отчёт в своём положении. Сознавая, что лгать бесполезно, он подробно повествует о своих гнусных делах. Речь его течёт плавно. порой он увлекается, пытается острить и даже начинает рассуждать о «философии шпионской профессии». В таких случаях суд быстро напоминает подсудимому его место, и дальнейший рассказ идёт уже без всяких выкрутас.
Биография его весьма тепична. Он родом из Брест-Литовска. Отец — офицер царской армии. служил на Кавказе. после революции, прихватив с собой кое-какие ценности, вместе со своим десятилетним сыном Игнатом сбежал в Варшаву.
Прошли годы. Игнат остался на жительстве в Варшаве. По роду своей службы он соприкасался с большими подотчётными суммами, и однажды, — это было незадолго до ревизии, — обнаружил у себя в кассе большую недостачу денег. Он был в отчаянии. Положение казалось ему совершенно безвыходным. Но тут нашёлся приятель, изъявивший готовность помочь в беде.
-Я тебя, — заявил он ему, — познакомлю с одной особой, она охотно даст денег взаймы.
Ему было совершенно безразлично, где взять денег. Он думал об одном — как бы избежать тюрьмы.
К назначенному часу Игнат явился в условное место — в кафе. Там его уже ждала элегантно одетая женщина, по внешнему виду иностранка.
Вы, надеюсь, не возражаете против того, что я заинтересовалась вами, — обратилась она развязно к Игнату. — Я хочу помочь вам выпутаться из беды.
Добавив, что для серьёзной беседы следует подыскать более подходящее место, новая знакомая предложила Игнату поехать к ней на квартиру. В её обществе Игнат провёл несколько часов. Рассеянно слушая весёлую болтовню, он никак не мог отделаться от неотступно преследовавшей его мысли о предстоящей ревизии. Он неоднократно пыталься завести разговор о своём деле, но собеседница всякий раз ловко меняла тему, лишь вскользь замечая, что не следует беспокоиться: всё устроится.
Только во время одной из последних встреч она заговорила об обещанных деньгах, сообщив, что ему предстоит ещё встреча с одним приезжим господином.
К этому времени напишите автобиографию и не забудьте прихватить её с собой, — напомнила она.
Вскоре состоялась обещанная встреча. После обеда хозяйка пригласила гостей в кабинет, где за кофе приезжий просмотрел автобиографию Игната. Оставшись, очевидно, ею доволен, он тут же раскрыл свои карты, откровенно объяснив, почему он так охотно даёт «взаймы» незнакомому человеку. Он говорил с нескрываемым цинизмом.
— Мы вами давно интересуемся, молодой человек, и только выжидали удобного момента, чтобы использовать вас в нужных нам целях. Имейте в виду, что денежные неприятности возникли у вас не без участия наших людей. Наблюдение, которое в продолжение последнего времени вела над вами мисс Эллен, а затем ваша биография говорят о том, что мы не ошиблись в выборе. Вы, очевидно, будете способным агентом.
Потом незнакомец изложил Игнату круг его будущих обязанностей.
— На первых парах вам придётся доставать секреты некоторых производств. Кроме того, вы будете вербовать людей для военной разведки. Что это не так уж трудно, — заметил он с усмешкой, — вы убедились на собственном опыте…
Тут же был заполнен бланк договора. Игнат подписал его и получил в виде аванса 150 фунтов стерлингов.
Так английская разведка — «Интеллидженс сервис» — завербовала нового агента.
По предложению своих хозяев Игнат переехал на постоянное жительство в Гамбург, где открыл контору по распространению образцов английских товаров. Разумеется, «контора», наряду с тысячами других подобных учреждений, насаждаемых разведками различных стран, служила Игнату только ширмой для его шпионской работы.
Вскоре Игнат был вызван в Лондон для прохождения краткого курса шпионской учёбы. Там его обучали различным тонкостям этого ремесла. Среди преподавателей нашёлся даже «теоретик», который утверждал, что работа шпиона — призвание.
— Агентом нужно родиться, — доказывал он. — Агент должен иметь тонко развитый нюх и хороший инстинкт.
По словам «теоретика», такими именно качествами и обладал Игнат.
… По окончании учёбы Игнат получил первое задание. Ему поручалось раздобыть рецепты выделки белых кож.
Обладатель этих рецептов — владелец кожевенного завода в одной, из прибалтийских стран — строго хранил тайну своего производства. На протяжении долгого времени он был монополистом, успешно конкурируя со многими солидными английскими фирмами.
Игнат с рвением принялся за дело.
— Мне нужно было найти двух помощников, — рассказывал он на суде. — Однако — из состава фабричных служащих, который смог бы указать, где хранятся рецепты, и второго — непосредственного похитителя нужных документов.
С этой целью Игнат установил слежку за курьером фабричной конторы: не зайдёт ли он случайно в расположенный по соседству с фабрикой кабачок? На эту мысль навёл шпиона внешний вид курьера, свидетельствовавший о том , что этот человек любит часто заглядывать в бутылку.
Долго следить не пришлось. Уже через несколько дней ему удалось с точностью установить, что курьер регулярно после работы заходит в кабачок. От дворника дома, где курьер проживал, Игнат разузнал об этом человеке кое-какие подробности. Курьер оказался старым холостяком, жил с матерью и сестрой; часто и изрядно выпивал. Последнее обстоятельство давало надежду на успех.
В ближайшую субботу, когда курьер по обыкновению зашёл в кабачок, там оказался и Игнат. Оделся он плохо, — на нём был помятый костюм и пальто, имевшее достаточно поношенный вид. Грязный воротничок, сломанные очки — всё это должно было создавать впечатление о нём, как о безработном чиновнике.
Подвыпивший курьер, облокотясь о стойку, болтал о чём-то с буфетчицей. Игнат подошёл к буфету и заказал рюмку водки. Буфетчица предложила ему сесть за стол, но он заявил, что спешит, и попросил, чтобы ему налили сейчас же. Рюмку он взял неуклюже и, «нечаяно» выронив из рук, облил своего соседа… Разумеется, стал извиняться.
Манёвр удался,
-Видите, молодой человек, никогда не следует спешить. В спешке всегда так получается. Ну, ничего страшного! Незачем извиняться.
Тогда Игнат заказал графинчик водки с закуской и предложил своему новому знакомому выпить. Тот охотно согласился. Завязался оживлённый разговор, который быстро перешёл на темы, касавшиеся кожевенной фабрики. Когда уже было изрядно выпито, Игнат, как бы невзначай, проронил, что его приятель, пожалуй, настолько пьян, что заблудился бы даже в собственном бюро, где он работает.
— Нет, зачем же! — обиделся тот. — Я ещё достаточно крепок и всё соображаю.
— А начертить расположение бюро, пожалуй, не смогли бы, — подразнивал его Игнат.
— Пара пустяков! Вот смотрите. — Он взял бумажную салфетку и стал чертить.
— Расчертить комнаты, конечно, легко, — не сдавался Игнат.
— А что трудно?
— Мебель разместить в них — вот это фокус!
— Пустяки! — и подвыпивший курьер стал чертить дальше. — Вот это кабинет хозяина. Здесь стоят столы, там — шкаф, а вот тут — две несгораемые кассы. В одной лежат деньги, а вот в этой, что побольше, — разные бумажки. Старик здорово стережёт их. Там, говорят, рецепты какие-то…
О том, что в самой конторе и рядом с ней никто не проживает и что самый тихий день на заводе — воскресенье, выпытать у разомлевшего болтуна было уже не так трудно.
Больше от курьера ничего не требовалось. Заказав ещё пару бутылок пива и уплатив по счёту, шпион, незаметно спрятал в карман исчерченную салфетку, покинул кабачок, предоставив своему собутыльнику возможность уничтожить в одиночестве оставшееся на столе.
Теперь следовало связаться со взломщиком. Это тоже не стоило больших усилий. За приличную сумму человек был найден. Игнат сообщил взломщику адрес, дал ему план конторы и назначил срок выполнения работы. В случае провала Игнат обязался нанять для вора защитника и помогать ему деньгами во время отсидки в тюрьме. Хотел дать взломщику немного денег авансом, но тот отказался:
— К чему! Ведь в случае неудачи они у меня всё равно пропадут.
Взлом удался. По поводу «дерзкого ограбления» газеты подняли невероятный шум. полиция в поисках преступника сбилась с ног. А похищенные документы уже находились на пути в Англию.
Лондонские хозяева остались весьма довольны Игнатом. Работа, как говорится, была сделана чисто.
За первым заданием последовали другие, ещё более ответственные. Немало пришлось Игнату потрудиться при выполнении такого довольно щекотливого поручения, как добыча сведений о выпуске новых образцов оружия на заводе Шкода. Это дело было более сложным, так как теперь пришлось обработать не пьяного болтливого курьера, а инженера военного завода, умеющего крепко держать язык за зубами.
Игнат применил другой метод. Явившись к этому человеку, он отрекомендовался молодым инженером, ищущим практики, и стал просить, чтобы тот устроил его на завод.
— Я согласен даже работать бесплатно. Больше того — могу сам дать 500 крон, лишь бы удалось немного поработать на вашем производстве.
Следует отметить, что по чешским обычаям приплата со стороны молодого инженера- практиканта за предоставление ему работы — обычное дело, и такое вознаграждение не считается взяткой.
За такую сумму инженер согласился принять Игната на работу.
— Только дайте, пожалуйста, расписочку, — робко попросил Игнат. — Я должен её отцу показать. — И он вынул из кармана заготовленную бумажку.
Ничего не подозревая, инженер расписался в получении денег, — и это его погубило.
Дело в том, что в распоряжении шпионов обычно имеются особые чернила. Под влиянием солнечного или яркого электрического света всё написанное этими чернилами совершенно исчезает, не оставляя на бумаге никакого следа. Игнат постоянно имел при себе «вечное перо», наполненное такими чернилами.
Этим «магическим» пером и была написана заранее заготовленная Игнатом расписка. А инженер, разумеется, расписался обыкновенными чернилами. Таким путём шпион стал обладателем чистого бланка с настоящей подписью опутанного им лица.
Всё остальное вышло как по маслу. Заполнив бланк компроментирующим текстом и преодолев лёгкое сопротивление инженера, Игнат завербовал нового агента. В дальнейшем разведка получила все интересовавшие её сведения о Шкодовском заводе.
«Магическое» перо Игнат применял в своей работе широко. При помощи этих чернил им был завербован не один агент. Среди них были разные люди — офицеры генеральных штабов, офицеры, командовавшие воинскими частями, инженеры, жёны инженеров, работающих на военных заводах, служащие.
Однажды Игнат получил задание завербовать подполковника генерального штаба одного из европейских государств. Это был опытный человек. Заполучить такого при помощи выманенной расписки было бы не легко. Да и расписку достать было не так уж просто. Здесь следовало действовать иначе.
Игнат начал с того, что подослал к денщику подполковника одну из своих помощниц, не брезгующую никакими средствами для достижения цели. Уже через неделю у неё с денщиком установились дружеские отношения, а ещё через неделю шпион знал всю подноготную подполковника. Оказалось, что тот страдает одним пороком. Это обстоятельство шпион не замедлил использовать.
Путём длинной цепи грязных, своднических махинаций Игнат, в конце концов, добился своего:подполковник написал своему другу письмо, которое попало, конечно, Игнату. Мог ли подполковник думать, что скромный юноша, которому он адресовал письмо, в действительности подослан к нему разведкой!
Главное было сделано — подполковник попался на удочку. Став обладателем письма, Игнат запросто явился на квартиру к своей жертве.
Успех был заранее обеспечен. По тамошним законам подполковнику грозило длительное тюремное заключение.
Игнат это прекрасно знал и бил наверняка.
— Откуда у вас это письмо и что вы думаете с ним делать? — спросил подполковник, соблюдая внешнее спокойствие.
— От вас самого зависит, пущу ли я его в ход. Вы не ребёнок и отлично понимаете, что может натворить обладатель компрометирующего вас письма!
Подполковник стал грозить, что вызовет полицию.
— Пусть так, — безразлично ответил Игнат, — но ваше положение от этого вряд ли улучшится. Оригинал в надёжных руках, и будьте уверены, — его сумеют неплохо использовать, если меня даже арестуют. Подумайте, кто из нас двоих от этого потеряет. Мне кажется, что не я. Ведь вы ни чем не докажете, что я шпион!
Впрочем, подполковник и сам прекрасно понимал, что он попался и что дальнейшее сопротивление бесполезно.
— Чего же вы от меня требуете?
— Вы будете получать пять тысяч в год плюс вознаграждения за выполнение отдельных работ. Первое, что от вас требуется, — доставить дислокационные планы. Это ведь сущие пустяки для вас!
Подполковник согласился и тут же подписал заранее припасённый Игнатом договор.
Так подполковник Х., офицер генерального штаба одного из европейских государств, стал английским шпионом.
Использование морально неустойчивых людей, было одним из эффективных методов вербовки, которые Игнат применял в своей практике.
В числе «клиентов» гамбургской конторы состояла актриса местной оперетты, выполнявшая обязанности агента-вербовщика. Свои знакомства она обыкновенно заводила среди военных. когда ей удавалось завязать такое знакомство, она тотчас же сообщала Игнату фамилию своего нового друга. Шпион наводил соответствующие справки и, если это лицо представляло для разведки интерес, предлагал вербовщику действовать дальше.
Таким образом был завербован поручик Н. Хотя он и не занимал особенно видного военного поста, однако заинтересовал Игната и его хозяев, так как имел доступ к секретным документам.
Игнат посоветовал своей сообщнице всячески использовать увлечение поручика и выколотить из него как можно больше денег. Ей это с успехом удалось. Не прошло и месяца, как её друг залез по-уши в долги.
Тем временем другой агент вёл неустанное наблюдение за квартирой поручика. Было установлено, что последний весьма легкомысленно подписывает векселя (долговой документ, содержащий обязательство уплаты в определённый срок), которые в последствии при помощи денщика реализуются среди каких-то сомнительных личностей. Разумеется, векселя оплачивались отнюдь не полной суммой.
Игнату удалось эти векселя скупить, и когда их набралось изрядное количество, он нанёс своей очередной жертве визит. Поручик без долгих колебаний подписал бумажку, в которой обязывался стать шпионом. Взамен он получил свои векселя и несколько десятков фунтов стерлингов наличными.
***
…В один прекрасный день в гамбургской «конторе» появился развязный субъект. Плотно закрыв за собой дверь кабинета, он обратился к Игнату прямо, без предисловий:
— Нам известно всё: и основное назначение вашего заведения, и кто ваши хозяева,знаем и кое-какие «деликатные» подробности о ваших похождениях.Однако не бойтесь. Мы не собираемся вас выдавать. Вы, полагаю, будете столь благоразумным, что согласитесь стать польским агентом и выполнять попутно и наши задания. Разумеется, всё будет хорошо оплачено. Кроме того, вами должны двигать, так сказать, патриотические чувства: ведь после того, как отец спас вас от большевиков, Польша стала для вас вторым отечеством.
Игнату ничего не оставалось делать, как беспрекословно согласиться. И он стал шпионом-двойником (выполняющий шпионские задания разведок двух стран).
Теперь он взялся за работу с двойным рвением. Он разъезжал по Европе, выполняя различные задания своих старых и новых хозяев. Ему везло, и он уже стал забывать о риске, связанном с его профессией. Войдя в азарт, он даже занялся денежными аферами. Провалившись при очередной жульнической махинации, он угодил в тюрьму. Но ему и на сей раз повезло. На суде его шпионские махинации не всплыли, и он отделался годичной отсидкой. Гамбугскую «контору», разумеется, пришлось закрыть.
После этого случая старые хозяев от него отвернулись.
— Нам не нужны агенты, которые проваливаются на мелочах, — заявили ему.
Гораздо милостевей оказались его новые хозяева, к которым Игнат обратился за помощью. Ему дали денег и обещали покровительство. Ведь он обладал большим опытом шпионской работы, к тому же хорошо знал русский язык! Новые хозяева это оценили.
— Вы поедете в Советский Союз. Там сейчас много дела — надо создавать новую агентуру. Это, кажется, ваш конёк, не так ли?
Игнат радостно ухватился за это предложение.
Ему, однако, порекомендовали, не полагаясь на свой опыт, серьёзно поучиться.
Игнат снова взялся за «учёбу». Метод обучения к нему применили индивидуальный. Ему давали материалы о разведывательной работе различных шпионов с тем, чтобы он высказал своё мнение, оценил, правильно ли поступал тот или иной шпион и как бы в аналогичном случае поступил он сам.
Его обучали топографии, научили пользоваться компасом, картой и определять своё местонахождение по солнцу и часам. В порядке тренировки он совершил четыре пешеходных путешествия по пересечённой местности, изучая на практике методы маскировки. Первый раз он прошёл лесом 6 километров, потом ночью 10-12 километров, затем, постепенно «втягиваясь в марш», он сделал ночью же, пользуясь компасом и картой, переход в 15 и, наконец, в 25 километров. Его обучили стрельбе из браунинга.
Специальный педагог знакомил Игната с бытом и нравами Советского Союза. Говоря о правилах уличного движения, его предупреждали, в частности, о таких мелочах, что трамвайный билет в Минске стоит 15 копеек и что приобретать его надо, не дожидаясь требования кондуктора. Всё это необходимо было знать для того, чтобы во время прибывания на улицах советского города не прибегать к расспросам случайных прохожих.
— Одним нелепым вопросом, заданным на улице,- поучали его,-можно наделать непоправимую беду.
Игнату рассказывали о советских театрах и кино, велели, например, запомнить, что билет в кино годен только на один определённый сеанс, показали советские деньги. Учитель говорил о структуре Красной Армии и о знаках различия военнослужащих. Игнату дали читать книгу абонентов минской телефонной станции, велев хорошенько запомнить адреса некоторых учреждений. Особое внимание учителей было направлено на изучение плана города.
Один из педагогов обучал Игната технике перехода границы.
Игната обучали также способам, при помощи которых ему следовало вербовать агентов в Советском Союзе. Ему сообщили адреса нескольких советских граждан, которых по мнению разведки, можно будет завербовать.
Применять он должен был следующие методы.
Первый предназначался для одного советского служащего, братья которого находились по ту сторону границы. Игнат должен был явиться к нему, представиться хорошим знакомым его родственников, сообщить, что они прислали через него 400 рублей, сразу выплатить эти деньги и деликатно попросить расписку. Завязав таким путём знакомство, продолжать встречи и в дальнейшем. А затем при удобном случае заявить, что деньги эти, мол, вовсе не от братьев, а из иностранной разведки, что расписка находится в надёжных руках и т. д.
Второй метод был припасён для некоей Татьяны Л. Лет пятнадцать назад, тогда ещё молоденькой девушкой, она вышла замуж за бывшего военнопленного. Вскоре он уехал к себе на родину, пообещав в дальнейшем взять её с дочуркой к себе.Своего обещания он не выполнил. Примирившись с одиночеством, Л. уже стала забывать о своём вероломном муже. Все эти годы она работала в советских учреждениях.
Игнату вручили письмо, сфабрикованное разведкой якобы от мужа Л. Оно было написано на мало понятном для неё языке, и это страховало от могущих возникнуть подозрений. В этом письме раскаивающийся муж глубоко извинялся за свой поступок. Он умолял всё позабыть и переехать к нему вместе с дочерью, которую он хотя и мало знает, но горячо, по-отцовски любит. «Устроить переезд поможет этот человек. Доверься ему — это мой лучший друг».-говорилось в конце письма.
В дальнейшем Игнату предоставлялось действовать по своему усмотрению, сообразно с обстоятельствами…
Третий способ вербовки был наиболее лёгким. Он намечался для двоюродного брата Игната, который, как удалось узнать разведке, проживает в одном из городов Советской Белоруссии и работает на железной дороге.
Игнат должен был явиться к нему на правах родственника, войти в доверие, а затем, играя на родственных чувствах, завербовать.
Припасён был и ещё один способ добычи сведений, который можно было, однако, применять только в безлюдном месте-в лесу или в поле. Встретив советского гражданина-штатского, а ещё лучше военнослужащего,-напасть на него. Угрожая револьвером, отвести в кусты или другое укрытое место, отобрать документы и постараться, под угрозой смерти, выпытать сведения о гарнизоне. Затем, смотря по обстоятельствам, жертву следовало оставить на месте связанной или убить…
***
Надо ли говорить, что Игнату не удалось применить ни один из своих методов! Ему не помогли ни тщательная выучка последних дней, ни «инстинкт» и «нюх», которыми, по словам «теоретиков» из лондонской школы шпионов, он обладал в совершенстве.
Шпион был задержан нашими пограничниками, едва успев пройти по советской земле полсотни метров…
∼∼